Если бы мир был статичен, наша уверенность в собственных убеждениях могла бы монотонно расти. Чем больше (и разнообразнее) опыт, который пережило убеждение, тем меньше вероятность, что оно ложно. Большинство людей неявно придерживаются такого мнения о своих взглядах. И это вполне оправдано, когда речь идет о вещах, которые мало меняются, например, о человеческой природе. Но нельзя так же безоглядно доверять своим суждениям о вещах, которые меняются, а к ним можно отнести практически все остальное.
Когда эксперты ошибаются, то зачастую потому, что они эксперты по предыдущей версии мира.
Можно ли этого избежать? Можно ли защитить себя от устаревших убеждений? До определенной степени — да. Я почти десять лет инвестировал в стартапы на ранних стадиях, и, как ни странно, защита от устаревших убеждений — это именно то, что необходимо делать для достижения успеха венчурному инвестору. Большинство по-настоящему хороших стартап-идей поначалу кажутся плохими, и многие из них выглядят плохими именно потому, что какое-то изменение в мире только что превратило их из плохих в хорошие. Я потратил много времени, учась распознавать такие идеи, и методы, которые я использовал, могут быть применимы к идеям в целом.
Первый шаг — это осознанная вера в перемены. Люди, ставшие жертвами монотонно растущей уверенности в своих мнениях, неявно исходят из того, что мир статичен. Если сознательно напоминать себе, что это не так, вы начнете искать изменения.
Где же их искать? За пределами умеренно полезного обобщения о том, что человеческая природа мало меняется, печальный факт заключается в том, что перемены трудно предсказать. По сути, это тавтология, но о ней все же стоит помнить: важные перемены обычно приходят с неожиданной стороны.
Поэтому я даже не пытаюсь их предсказывать. Когда в интервью меня просят дать прогноз на будущее, мне всегда приходится с трудом выдумывать что-то правдоподобное на лету, словно студенту, не готовому к экзамену. [1] Но я не готовлюсь вовсе не из-за лени. Мне кажется, что суждения о будущем столь редко оказываются верными, что они обычно не стоят той закостенелости, которую навязывают; и лучшая стратегия — просто сохранять предельную открытость ума. Вместо того чтобы пытаться задать себе верное направление, признайте, что понятия не имеете, какое направление верное, и старайтесь быть максимально чуткими к ветру перемен.
Рабочие гипотезы иметь полезно, пусть они немного и ограничивают, ведь они также служат мотивацией. Азартно за чем-то гнаться и азартно пытаться угадать ответы. Но нужно проявлять дисциплину и не позволять своим гипотезам застывать во что-то большее. [2]
Я считаю, что такой пассивный образ действий работает не только для оценки новых идей, но и для их генерации. Способ придумывать новые идеи заключается не в прямых попытках это сделать, а в том, чтобы решать проблемы и просто не отмахиваться от странных догадок, возникающих в процессе.
Ветер перемен зарождается в подсознании экспертов в своей области. Если вы достаточно компетентны в какой-то сфере, любая пришедшая вам в голову странная мысль или кажущийся неуместным вопрос ipso facto стоят того, чтобы их исследовать. [3] В Y Combinator, когда идею называют безумной, это комплимент — на самом деле, в среднем, пожалуй, более высокий комплимент, чем когда ее называют хорошей.
У инвесторов в стартапы есть колоссальные стимулы избавляться от устаревших убеждений. Если они смогут раньше других инвесторов понять, что некий кажущийся бесперспективным стартап на самом деле перспективен, они заработают огромные деньги. Но эти стимулы не просто финансовые. Мнения инвесторов проверяются на практике: стартапы приходят к ним, и инвесторы должны сказать «да» или «нет», а затем довольно быстро узнают, угадали ли они. Те, кто отказал Google (а таких было несколько), будут помнить об этом до конца своих дней.
Любой, кто в каком-то смысле вынужден делать ставки на идеи, а не просто комментировать их, сталкивается с похожими стимулами. А значит, любой желающий может получить такие же стимулы, превратив свои комментарии в ставки: если писать на какую-то тему в достаточно долговечной и публичной форме, то начинаешь заботиться о своей правоте гораздо сильнее, чем в обычном разговоре. [4]
Еще один прием против устаревших убеждений, который я для себя открыл, — сначала обращать внимание на людей, а не на идеи. Хотя природу будущих открытий трудно предсказать, я обнаружил, что могу довольно точно определить, какие люди их совершат. Хорошие новые идеи исходят от искренних, энергичных и независимо мыслящих людей.
Ставка на людей, а не на идеи, выручала меня бесчисленное количество раз как инвестора. Например, мы посчитали Airbnb плохой идеей. Но мы видели, что основатели искренни, энергичны и независимы в суждениях. (Пожалуй, даже почти патологически.) Поэтому мы заглушили внутренний скепсис и профинансировали их.
Этот прием также кажется применимым в самых разных областях. Окружайте себя людьми, от которых исходят новые идеи. Если вы хотите быстро замечать, когда ваши убеждения устаревают, лучшее решение — дружить с людьми, чьи открытия приведут к их устареванию.
Не стать узником собственной экспертности трудно уже сейчас, но дальше будет только труднее, поскольку темпы изменений растут. Это не какая-то недавняя тенденция; изменения ускоряются еще со времен палеолита. Идеи порождают идеи. И я не думаю, что это изменится. Но я могу и ошибаться.
Примечания
[1] Мой обычный трюк — говорить о тех аспектах настоящего, которые большинство людей еще не успели заметить.
[2] Особенно если они становятся достаточно известными, и люди начинают ассоциировать их с вами. Следует проявлять повышенный скептицизм к вещам, в которые хочется верить, а как только гипотезу начинают связывать с вами лично, она почти наверняка попадает в эту категорию.
[3] На практике «достаточная компетентность» вовсе не требует признания человека экспертом — что само по себе является запаздывающим индикатором. Во многих областях года сосредоточенной работы и искренней увлеченности делом вполне достаточно.
[4] Хотя они публичны и сохраняются навсегда, комментарии, например, на форумах и в Twitter, эмпирически работают так же, как обычный разговор. Разграничительной чертой может служить наличие у написанного вами заголовка.
Спасибо Сэму Альтману, Патрику Коллисону и Роберту Моррису за прочтение черновиков этого эссе.